Садуакасов Айдос Картанбайулы

аспирант

Академия государственного управления при Президенте Республики Казахстан

E-mail: aidoss@list.ru

Прежде чем остановиться на алфавитной реформе, проводимых в тюркоязычных

государствах, нам необходимо заострить внимание на историю создания латинской графики и

его применение впервые. Об этом в своем труде «Алфавит» известный лингвист Д. Дирингер

пишет: «В истории алфавита необходимо учесть то обстоятельство, что латинский язык и

латинская письменность в древности были принесены римскими легионерами и

императорскими чиновниками во все части громадно й импер ии и в пер вую о чередь в те

области, которые не были эллинизованы. В некоторых странах (Галлия, Испания и Румыния)

латинский язык вытеснил туземные языки и стал предком современных романских языков,

наиболее важными из которых являются итальянский, испанский, португальский,

французский и румынский – все эти языки приняли латынский алфавит [1].

«В древности и ранием средневековье существовало множество тюркских

государственных образований: скифское, сарматское, гуннское, булгарское, аланское,

хазарское, западное и восточное тюркские, аварский и уйгурский каганаты и т. д." Из них до

настоящего времени сохранила свою государственность только Турция. В 1991—1992 гг. на

территории бывшего СССР тюркские союзные республики стали независимыми

государствами и членами ООН. Это Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан,

Туркменистан. В составе Российской Федерации обрели государственность Башкортостан,

Татарстан, Саха (Якутия). В форме автономных республик в составе Российской Федерации

имеют свою государственность тувинцы, хакасы, алтайцы, чуваши» [2].

После обретения независимости перед республиками бывшего СССР вновь стал вопрос

о латинской графике. Так, например, в Молдавии решение о переходе на латинскую графику

было принято уже в 1989 году, то есть еще при СССР. Такие же республики как Азербайджан,

Узбекистан, Туркменистан начали переход к латинице в первые годы после обретения

независимости. Безусловно, их опыт имеет очень важное значение при переходе на латинскую

графику нашей страны.

В Казахстане вопрос о переходе на латиницу бурно обсуждается на страницах прессы

еще с 1990-х годов, с момента обретения независимости. Президент Республики Казахстан

Н.А. Назарбаев в своем выступлении на ХІІ сессии Ассамблеи народов Казахстана от 28

октября 2006 года затронув данную проблему отметил, что : «...нужно вернуться к вопросу о

переходе на латиницу казахского алфавита. Специалисты в течение полугода должны изучить

вопрос и выйти с конкретными предложениями», дал конкретные поручения Правительству.

Президент напомнил, что в настоящее время казахи в разных странах используют три

алфавита. В Казахстане, России и ряде стран СНГ применяется кириллица, в Турции и

европейских странах - латиница, а в Китае - арабский шрифт. Комитет науки Министерства

образования и науки Республики Казахстан в 19-го июля 2007 года опубликовал

предварительный аналитической доклад, в котором рекомендовал постепенно переходить на

латинскую графику.

Поддерживая инициативу тюркоязычных государств перехода на латинскую графику,

востоковед, член-корреспондент РАН, заведующий отделом Кавказа Института этнологии и

антропологии РАН Сергей Александрович Арутюнов не отрицает, что когда-то Россия тоже

перейдет на латинскую графику. В этой связи он отмечает: "Я полагаю, что глобализация и

компьютеризация нашей жизни в конечном счете приведут к тому, что в нынешнем столетии

на латинский алфавит перейдет и русская письменность. Сам по себе латинский алфавит

гораздо удобнее, чем кириллический, который имеет множество недостатков. И если Россия

хочет идти в ногу с прогрессивным миром, хочет быть частью Европы, Россия должна

полностью перейти на латинский алфавит, и рано или поздно она к этому придет" [3].

Как показывает культурная история целого ряда современных наций, письменность

имеет не меньшее значение для формирования национальной идентичности, чем сам язык.

Для китайцев иероглифы являются тем культурным кодом, который соединяет воедино

китайскую нацию, различные части которой изъясняются на различных вариантах

разговорного языка, что является существенным препятствием для устной коммуникации. Для

русских, грузин, армян, евреев, арабов используемая ими письменность является не просто

графическим выражением их языка, но и выражением их религиозной, культурной и, шире,

национальной идентичности. Выбор турецким лидером Ататюрком латинской письменности

означал смену имперской (османской) идентичности на национальную (турецкую)

идентичность. В этом ключе перевод казахской письменности на латинскую графику означает

для казахов смену советской (колониальной) идентичности, которая во многом еще

доминирует в национальном сознании, на суверенную (казахскую) идентичность.

Для достойного интегрирование в процесс глобализации необходимо решить вопросы

национальной идентификации. Данную точку зрения подтверждает мнение профессора МГУ

им. М.В. Ломоносова, доктора философских наук А.Н. Кочергина: «Глобализация как процесс

новой структурной дифференциации мира представляет собой не столько взаимодействие

цивилизаций, сколько воздействие одних на другие, совершаемые с помощью экономических,

финансовых, рыночных, военных механизмов, технотронных средств и экспансии массовой

культуры. Цивилизационная идентичность, обеспечивающая реальное единство общества и

преемственность поколений в пространстве и времени, поддерживались культурной

традицией (системой сдержек, табу, морали и нравов цивилизации). Ее сохранение возможно

лишь в развитом гражданском обществе, обеспечивающем создание соответствующей

правовой сферы. Разрушение культурного фундамента любой страны неизбежно означает

утрату ею своей национальной идентичности. Эта традиция – последний рубеж на пути

утраты идентичности страны. Именно на ее сохранение должна быть направлена деятельность

государства, если оно хочет сохранить свою самостоятельность» [4].

Интенсивный процесс глобализации доказывает с политико-лингвистической точки

зрения необходимость перехода тюркоязычных государств на латинскую графику. Бесспорно,

найдутся и сторонники, поддерживающие тюркоязычные государства, решивших провести

алфавитную реформу, а также и противники данной идеи. Однако мы полагаем, что данная

реформа будет способствовать дальнейшему сохранению суверенитета тюркоязычных

государств, развитию государственного языка, национальной идентификации народа,

возрождению культуры, достойной интеграции в процесс глобализации и информатизации.

1. Д. Дирингер: «Алфавит». Москва. 2004. Изд. «Едиторал УРСС». – 656 с.

2. К.Т. Лайпанов, И.М. Мизиев "О происхождении тюркских народов" —

Черкесск, 1993.

3. Станислав Артемов. Латиница vs. Кириллица. Смена алфавита как

результат

смены

политсистемы.

4. Кочергин Альберт. «Глобализация и государственное управление в

современной России». Государственное управление в ХХІ веке: традиции и

инновации. Материалы 5-й ежегодной международной конференции факультета

государственного управления МГУ им. М.В.Ломоносова. Издательство «Российская

политическая энциклопедия», 2007. – 1184 с.

Брежнева А.И.

Студент

Ставропольский государственный университет

Джумалиева М.Н.

Студент

Ставропольский государственный университет

Согласно прогнозам в мировом масштабе будет обостряться конкурентная борьба за

иностранных студентов, которая многими странами рассматривается как наиболее

желательная категория мигрантов. Мировой рынок образовательных услуг оценивается в 50-

60 млрд. долларов. Активно привлекают студентов экономически развитые страны (например:

США, Швейцария, Великобритания, Франция и др.)

Учитывая современную демографическую ситуацию, Россия могла бы более активно

черпать миграционный потенциал из числа молодежи в странах СНГ и развивающихся

государствах Азии, Африки и Латинской Америки. В настоящее время число иностранных

студентов в стране сократилось по сравнению с советским периодом, на иностранцев в

Российских ВУЗах приходится не более 2% студентов и аспирантов. Резервы российской

системы образования не только не исчерпаны, но и будут увеличиваться в связи с

сокращением контингента абитуриентов. Многие ВУЗы самостоятельно пытаются выходить

на иностранные образовательные рынки, однако в условиях усиления конкуренции в мире, в

этом вопросе требуется государственная политика продвижения за границей нашей системы

образования и реклама российских учебных заведений.

Учебная миграция иностранных студентов и аспирантов в Россию имеет достаточно

давнюю историю. Советское правительство также проводило политику по привлечению

иностранных студентов. В 1921 г. Было создано специализированное учебное заведение –

Коммунистический университет трудящихся Востока, в котором обучались иностранные

граждане из 44 стран мира. В 1960г. В Москве решением Правительства СССР был создан

Университет дружбы народов, названый позднее именем Патриса Лумумбы, первого

президента независимой республики Конго. Этот университет стал одним из крупнейших в

мире учебных заведений по подготовке иностранных специалистов. За 45 лет, прошедших с

момента основания Университета, он получил всемирную известность.

В общей сложности за 40 лет (с 1950 по 1990 гг.) количество иностранных студентов в

Советском Союзе увеличилось более чем в 20 раз. Это позволило Советским ВУЗам

формально занять третье место в мире после американских и французских ВУЗов по

количеству студентов-иностранцев.

Но распад СССР в 1991г. разрушил сложившуюся в стране систему обучения

иностранных студентов. Фактически прекратилось финансирование многих направлений

международной деятельности ВУЗов. Из-за недостаточного финансирования были закрыты

российские культурные центры в целом ряде развивающихся стран Азии, Африки и

Латинской Америки, а также бывших социалистических станах Восточной Европы. Этим

смогли воспользоваться «дальновидные» промышленно развитые страны, прежде всего, США

и Великобритания, которые открыли бесплатные языковые курсы для жителей ряда стран

Азии, а затем упростили им порядок поступления в американские и английские вузы и

порядок въезда в их страны.

На данный момент, рассматривая эту проблему нужно учитывать, что переход на

активное привлечение иностранной молодежи требует немалых стартовых расходов, массовое

их привлечение в Россию возможно лишь в ограниченных масштабах от 5 до 15%

относительно общей численности студентов, обучающихся в высших учебных заведениях

России. Но к такой программе следует готовиться заранее.

На какую численность иностранных учащихся возможно в будущем рассчитывать

нашей стране? Традиционно наибольшую долю учащихся-иностранцев в Российских учебных

заведениях составляет молодежь из стран СНГ. Сохранение единого образовательного

пространства со странами содружества должно в полной мере использоваться для

преодоления социальной и этнонациональной напряженности, социального и культурного

неравенства. Исключительно важным моментов в процессе дальнейшей интеграции экономик,

культур и прочих аспектов социальной стабильности является преодоление языкового барьера

между сближающимися сторонами. Образовательная система России может сыграть эту

важнейшую роль в деле сохранения и развития русского языка как языка межнационального

общения.

Выбор ориентиров для проведения России политики экспорта образовательных услуг в

страны СНГ на среднесрочную перспективу должен базироваться на объективном учете

возможностей, подготовленности, степени совпадения ценностных установок, интересов и

ожиданий молодых граждан Содружества.

В перспективе целесообразно также внести необходимые изменений в Федеральный

закон «О правовом положении иностранных граждан РФ» с учетом новых требований к

пребыванию иностранных учащихся на территории Российской федерации.

Откладывать решение этих вопросов на наш взгляд, уже нельзя, международная

конкуренция стоит на пороге в лице зарубежных университетов, колледжей и школ бизнеса

рекрутирующих российских учащихся и предлагающих различные программы уже в России.

Необходимо разрабатывать принципы формирования стратегии развития негосударственных

учебных заведений, поддерживать экспорт образовательных услуг в СНГ.

Литература:

1.Социальное положение и уровень жизни населения России: статистический сборник.-

М.: Росстат, 2006.

2.Айдрус И.Х.З., Письменная Е.Е. Миграция иностранных студентов в Россию:

эффекты для страны.- Исследования при поддержки РФФИ, грант №08-06-00408-а)

3.http://www.regnum.ru

Досжан Гульжан Амангельдыкызы

преподаватель

Евразийский национальный университет имени Л.Н.Гумилева

E-mail: gul2005@list.ru

В современном казахском языкознании остро встает вопрос о научно-теоретическом

решении проблем по сохранению традиционных норм национального литературного языка,

основных тенденций его развития. А также освоение иностранных слов и терминов в путем

адаптации фоно-морфологических систем родного языка, переход на латинскую графику,

повышения общественного статуса и культуры казахского языка как государственного.

Национальный лексический фонд казахского языка богат исконными словами. Но

бытность Советского Союза кардинальном образом изменила функциональную природу и

основные терминографические нормы, а также алфавитную систему казахского языка. Об

этом свидетельствует мнение ученого А.Ю.Мусорина: «В качестве языкового союза можно

рассматривать языки народов бывшего СССР. Длительное сосуществование этих языков в

рамках одного многонационального государства, а также колоссальное давление на них со

стороны русского языка привели к появлению в них общих черт на всех уровня их языковой

системы. Так, например, в удмурдском языке под влиянием русского появились звуки [ф], [х],

[ц] ранее в нем отсутствовавшие, в коми-пермяцком многие прилагательные стали

оформляться суффиксом «-овой» (русс. –овый, -овая, - овое), а в тувинском сформировались

новые, не существовавшие ранее типы сложноподчиненных предложений.

Особенно сильным оказалось влияние русского языка на лексическом уровне. Почти

вся общественно-политическая и научная терминология в языках народов бывшего СССР

заимствована из русского языка или сформировалась под сильным его влиянием. Исключение

в этом плане составляют лишь языки народов Прибалтики – литовский, латышский,

эстонский. В этих языках соответствующие терминологические системы сформировались во

многом ещë до вхождения Литвы, Латвии, Эстонии в состав СССР» [1].

Стремительное

развитие политическо-экономических,

а также культурно-

гуманитарных контактов нашей страны с внешним миром и процесс глобализации дал

импульс обогащению лексического состава казахского языка иноязычными словами и

словосочетаниями. После обретения Независимости и до сегодняшнего дня основным языком

заимствованных слов в казахском языке является английский язык. Именно английские слова

прочно укрепились в терминологии во всех сферах общественной жизни: начиная с

дипломатических отношений и заканчивая делопроизводством.

Роль заимствований (borrowings, loan words) в различных языках неодинаково и

зависит от конкретно-исторических условий развития каждого языка. В английском языке

процент заимствований значительно выше, чем во многих других языках. Так как в силу

исторических причин он оказался, в противоположность, например, исландскому, очень

проницаемым. Английский язык больше чем какой-либо другой язык имел возможность

заимствовать иностранные слова в условиях прямого непосредственного контакта. Сначала в

средние века от сменявших друг друга на Британских островах иноземных захватчиков, а

позже в условиях торговой экспансии и колонизаторской активности самих англичан.

Подсчитано, что число исконных слов в английском словаре составляет всего около 30%, а

заимствований в английском языке можно найти из почти 500 языков. Заимствование в

английском языке включает себя термины и неологизмы.

Иностранные слова и термины вводятся в казахский язык, в основном, через русский

язык. Нынешний алфавит казахского языка является барьером в освоении иностранных слов

согласно внутреннему закону (сингармонизм) казахского языка. В результате этого многие

иностранные слова и словосочетания в казахском языке пишутся и произносятся по нормам

русского языка. Например, основные термины экономики вошли в казахский язык через

русский язык: budget – бюджет, national bank – ұлттық банк, financial analysis – қаржылық

талдау, balance sheet – қаржылық есептеу, boss – бастық, қожайын, real capital – нақты капитал,

bank audit – банктік аудит, public auction – қоғамдық аукцион, cooperative association –

кооперативтер қауымдастығы, debutor – борышкер, дебитор, certificate – сертификат, куәлік,

broker – брокер, делдал, manegment – менеджмент, басқару, region – регион, аймақ.

В июне 1924 года на І-ом съезде казахской интеллегенции, прошедшем в Оренбурге,

основатель казахского языкознания, великий ученый Ахмет Байтурсынов доказал, как можно

использовать слова тюркоязычных народов и отметил, что: «В отсутсвие в казахском языке

подобного рода слов, (термины – Ш.К.) заимствовать таковые из родственных казахскому

языков. Это делается по тем соображением, что: 1) большинство слов родственных языков

хотя и не имеют общих форм, но имеют общие корни, следовательно, они и для понимания

легче, и для слуха, и для выговора не так чужды, как слово неродственного языка; 2) тюркские

народности имели и имеют постоянное общение между собою, а потому большинство слов

одного языка, без наличия общих корней, может быть знакомо представителям другого языка»

[2]. А поэтому поводу в 1960-х годах ученый-тюрколог Кудайберген Жубанов констатировал,

что: «Перспектива развития казахского языка, тенденция обогащения этого языка терминами

и словами, обозначающими технику и действия современной культуры, из иностранных

языков (преимущественно из русского) не дадут возможности так просто их игнорировать. Из

учета этого и необходимости унификации алфавита с остальными (алфавитами) турецких

народностей следует ввести в (казахский) алфавит эти три согласные буквы: ф, һ и х» [3].

В казахском языке процентное соотношение исконных и интернациональных слов

полностью еще не изучено. Во-первых, заимствование – это долгий процесс, во-вторых, не

достаточно ученых-этимологов. В научной среде до сих пор идет полемика о переводе на

казахский язык интернациональных терминов. Лингвист Айгерим Худайбергенова отмечает,

что : «Основное требование, предъявляемое к заимствованию терминов, - не употреблять

иноязычное слово, если в родном языке уже функционирует привычный и мотивированный

термин с анологичным значением. Терминологические лакуны желательно заполнять

имеющимися интернационализмами. В случае неодинакового уровня мотивированность

синонимичных терминов предпочтение должно отдаваться наиболее мотивированным

термином» [4].

1. А.Ю.Мусорин: «Основы науки о языке». Учебное пособие.

Издание второе, исправленное и дополненное. Новосибирск. Новосибирское

книжное издательство, 2004. – 196 с.

2. Құрманбайұлы

Шерубай:

«Туыстас

тілдерге

орта

қ

терминологиялық қор қажет» // «Мемлекеттік тілдің қолданылу аясын

кеңейту мәселелері» атты ғылыми-практикалық конференция материалдары.

«Көкше-полиграфия». Көкшетау, 2001-жыл. 30-бет.

3. Құдайберген Жұбанов: «Қазақ тілі жөніндегі зерттеулер». Алматы.

1966. 265 бет.

4. Худайбергенова Айгерим: «Принципы построения переводного

идеографического словаря банковской терминологий (на материале русского,

английского и казахского языков). Автореферат диссертации на соискание

ученой степени кандидата филологических наук. Алматы, «Издательский дом

КазГЮУ», 2003. с 28.

Ярошевич А.В.

Студент

Белгородский государственный университет

E-mail: Nastya2691@bk.ru

Сюжет повествовательных литературных произведений обычно развивается в пределах

определенного локального континуума. Наивное читательское восприятие стремится

отождествить его с локальной отнесенностью эпизодов к реальному пространству (например,

географическому). Однако существование особого художественного пространства, совсем не

сводимого к простому воспроизведению тех или иных локальных характеристик реального

ландшафта, становится очевидным, лишь только мы сравним воплощение одного и того же

сюжета средствами разных искусств.

А одним из главных свойств художественного пространства является его

пространственная отграниченность. Пространственная отграниченность текста от не-текста

является свидетельством возникновения языка художественного пространства как особой

моделирующей системы. Достаточно сделать мысленный эксперимент: взять некоторый

пейзаж и представить его как вид из окна (например, в качестве обрамления выступит

нарисованный же оконный проем) или в качестве картины. Восприятие данного (одного и того

же) живописного текста в каждом из этих двух случаев будет различным: в первом он будет

восприниматься как видимая часть более обширного целого, и вопрос в том, что находится в

закрытой от взора наблюдателя части — вполне уместен. Во втором случае пейзаж,

повешенный в рамке на стене, не воспринимается как кусок, вырезанный из какого-либо более

обширного реального вида. В первом случае нарисованный пейзаж ощущается только как

воспроизведение некоего реального (существующего или могущего существовать) вида, во

втором он, сохраняя эту функцию, получает дополнительную: воспринимаясь как замкнутая в

себе художественная структура, он кажется нам соотнесенным не с частью объекта, а с

некоторым универсальным объектом, становится моделью мира. Пейзаж изображает

березовую рощу, и возникает вопрос: «Что находится за ней?» Но он же является моделью

мира, воспроизводит универсум, и в этом аспекте вопрос: «Что находится за его пределами?»

— теряет всякий смысл. Таким образом, пространственная отграниченность связана с

превращением пространства из совокупности заполняющих его вещей в некоторый

абстрактный язык, который можно использовать для разных типов художественного

моделирования. В работе исследованы способы моделирования художественного

пространства в повестях классика отечественной литературы Н.В.Гоголя, который во всей

глубине смог раскрыть всё богатство русского литературного языка.

1.

С. Машинский Художественный мир Гоголя. М. : "Просвещение", 1971

2.

Н.В. Гоголь: История и современность: К 175 - летию со дня

рождения/Сост. В.В. Кожинов, Е.И. Осетров, П.Г. Паламарчук. - М.: Сов. Россия, 1985.

3.

М.Б. Храпченко. Николай Гоголь. Литературный путь. Величие писателя.

- М. Современник, 1984.

4.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 Т. – М.:

Русский язык, 1997.

5.

Н.В.Гоголь. Собрание сочинений. В 7-ми томах. Т.7.Письма. М.: Худож.

лит.,1979,с. 246.

Крутова Юлия Игоревна

Студент

Белорусский государственный университет

Жива ли поэзия на постсоветском пространстве? Именно такой вопрос возникает

сегодня у человека, хоть на минуту задумавшегося о состоянии современной литературы. Где

современные поэты, имена которых известны наравне с прозаиками? Где поэтические

сборники, изданные не за счёт самих авторов, а именно издательств? И если они есть, то в силу

каких причин люди далёкие от филологии ничего о них не знают? На мой взгляд, дело в том,

что поэзия - это в своём роде продукт. Продукт определённого мастера и в широком смысле

этого слова – определённой эпохи. На сегодняшний день мы видим продукт оторванным от

потребителя. При создании чего-либо, от сапога до поэмы, главными критериями для творца

являются два вопроса: из чего и для чего (кого). Но на современном этапе авторы либо

застопорились на национальных традициях, либо тяготеют именно к усложнению языка и

формы. В итоге, оба этих направления среднестатистического читателя не интересуют, и

виноваты в этом отнюдь не народные бескультурье и бездуховность. Истинная поэзия должна

иметь именно жизненный опыт и служить не только знатокам и творцам, но и обществу.

Поэзия, варящаяся в своём соку, являющая интерес только для самих же её создателей –

мёртвая поэзия. Поэзия для поэтов – это равносильно хлебу для пекарей и сапог для

сапожников.

Итак, какой же выход из кризисного состояния есть у поэзии? Ответ на этот вопрос

зависит от того, как сформулировать определение поэзии и кризиса. С одной стороны,

классическая поэзия в развитии остановилась, упёршись в постмодернистический тупик. С

другой, – поэзия везде. Она в рекламных роликах, детских песенках на улицах, в вашем радио

или плеере. Мысль рассматривать песенную поэзию в контексте литературного движения не

нова. Это параллельное русло появилось у поэзии в СССР во второй половине ХХ века, затем

оно получило развитие в так называемой рок-поэзии, со временем полностью утратив частицу

«рок». На смену последней пришёл рэп. Его появление в Росси и странах СНГ естественным

образом связанно с заимствования готовых форм, но в силу языкового и культурного

своеобразия рэп-тексты адаптировались к постсоветскому пространству. По этому поводу

интересную аналогию провёл А. Вознесенский: «В Америке поэзию вытеснил рэп. Рэпперы

собирают аншлаги в поэтических кафе, как когда-то мы с Евтушенко и Ахмадулиной - на

стадионах. А так как мы шаг за шагом идем за Америкой, у нас тоже так будет. Рэп уже есть. И

он наступает на пятки поэзии» [Саед-Шах: 7].

Рэп уникален ещё и тем, что в нём о тсутствует музыкальное начало. Это именно

декламация текстов, всё ещё зависящая от ритма, но уже оторванная от певческой традиции. Он

находится как бы на границе музыкальных текстов и поэзии в чистом виде.

Поэзия человека будущего, да и настоящего – это именно сплав поэзии, музыкального и

визуального ряда. В чистом виде, на наш взгляд, поэзия исчерпала себя, как исчерпало, скажем,

немое кино или грампластинки. Во-первых, новый носитель и дополнительные возможности

восприятия в какой-то степени можно назвать средствами выразительности рэп-текстов. Во-

вторых, с точки зрения современного человека, живущего в режиме постоянного цейтнота, в

эру мультизадач, аудиокниг и продуктов «несколько в одном», гораздо выгоднее использовать

свое время на поэзию, музыку и философию, сублимированные в форме рэпа.

Однако рэп-поэзию нельзя рассматривать только с точки зрения технических уловок. В

данных текстах мы видим необходимые критерии художественности, оформленные уже давно:

довольно оригинальное содержание и воплощение его в предельно яркой и максимально

соответствующей ему художественной форме.

Оригинальность смыслового плана заключается в том, что рэп уделяет внимание не

только интимным и философским, но и злободневным социальным темам, таким как

наркомания, проституция, гомофобия, СПИД. Последним в классической современной поэзии

уделяется мало внимания, в силу опять же следованиям традиции и сложностями, связанными с

оформлением подобных тем. Новаторство рэп-поэзии с точки зрения формы, в первую очередь,

проявляется в метрике. Рэп-текст, как уже замечалось, имеет ораторское значение: ямбическая

основа, характерная почти для всех текстов, может переходить в спондей и трохей. В

результате меняется не только ритм, но и смысл, эмоции, фокусировка текста. Метрикой

обусловлено и частое использование поэтической фонетики.

Так сложилось, что на рэп-поэзию и современную музыкальную поэзию в целом

литературоведы вешаю ярлык «массовая культура» и считают ниже своего достоинства

замечать её (на постсоветском пространстве никто не занимается данной темой). Но как это ни

печально для многих филологов, сегодня поэзия должна быть в определённой степени

популярна и тривиальна. В противном случае она исчезнет. Как говорил Достоевский, «так как

хорошая книга чрезвычайно развивает охоту к чтению, то надо хлопотать о доставлении народу

как можно больше приятного и занимательного чтения» [Достоевский: 24].

Чтобы занять прежнее место в ряду востребованных форм искусства и развитии

современного общества, сегодня поэзия не должна быть сложным неоднозначным процессом

самоакуализации, напряженной работой рефлектирующего сознания. С другой стороны, её

функции не должны быть сведены к развлекательности и элементарной психотерапии. Рэп-

поэзия, продолжающая, с одной стороны, литературную традицию, с другой же учитывающая

вкусы публики, находится между двух этих крайностей. Именно через неё открывается

будущее поэзии на постсоветском пространстве.

1. Достоевский Ф.М. Книжность и грамотность. Статья вторая // Достоевский Ф.М.

Полное собрание сочинений в 30-ти томах. – Л., 1979. – Т. 19. – С. 24-53.

2. Саед-Шах А. Спряжение глагола // Политбюро. – Казань, 2003. № 21. С. 7

Кунилова Ирина Валерьевна.

Студент

Институт Содружества стран СНГ

В Стратегии развития России до 2020 года, принятой как руководство к действию в

2008 году, В.В.Путин обозначил вектор развития страны как смену курса с экспортно-

сырьевого на инновационный. Необходимым условием этого должен стать переход на

качественно новый уровень управления в государстве.

Наши современники до сих пор не могут реально оценить практически неизбежную

перспективу глобального экологического кризиса, занимаясь решением только текущих

проблем. Государственное управление, к сожалению, не исключение. Разработанные

перспективные планы развития отраслей производства и услуг не дают возможности

реализовывать механизмы внедрения экологически дружелюбных технологий и научно-

организованной деятельности во всех сферах производства и услуг. Государственное

регулирование в России сегодня не является эффективным механизмом в отношении решения

экологических проблем, напротив, оно сдает имеющиеся позиции. Так, принято решение о

повышении процента содержания ГМО в продуктах питания, которое можно не указывать для

потребителя. Мировой финансовый кризис обострил проблемы бедности, экономической и

технологической отсталости, коррупции – преодоление которых является фундаментальными

целями российской политической стратегии.

Чтобы человечество в целом и россияне в частности поняли, что необходимо, начиная с

сегодняшнего дня, каждому во всей своей деятельности руководствоваться бережным

отношением к Земле и всем ее обитателям, надо поменять сознание людей. Условием

сохранения Земли и человечества должно стать понимание взаимозависимости своих

поступков и поступков других людей, и общего будущего [1]. Идея изменения человеческих

качеств, ограничения потребностей, пересмотра приоритета индивидуального над

общественным как стратегия выживания человечества была разработана «Римским клубом».

Путь к счастью каждого из людей – это напряженная, кропотливая работа человечества через

преодоление своих отрицательных качеств, т.е. через страдания, т.к. это очень трудно –

отказаться от своих вредных привычек замусоривать Землю, хищнически относиться к ее

богатствам и быть равнодушным к бедам других людей и живых существ. Объединениям

людей в различные виды групп легче реализовывать миссию по спасению человечества и

нашей страны в частности. Важным при этом является взаимодействие таких групп,

объединений гражданского общества России и других стран Содружества.

Чтобы воспитывать в людях и пропагандировать экологически гармоничное духовное

развитие, не нужны большие инвестиции. И начинать управленцам надо с себя. Эффективное

государственное управление возможно только при наличии проходящей через все решения

глобальной духовной идеи – миссии россиян, являющейся частью миссии всего человечества.

Управленческая деятельность должна быть подчинена этой миссии [2]. Государственным

управленцам необходимо все документы разрабатывать с учетом требования реализации

механизмов решения экологических проблем, как техногенных, так и природных. Следует

отметить, что проблема мотивации людей к деятельности в интересах спасения себя и планеты

в связи с духовной деградацией и экологическими бедами является актуальной с периода

сознательного взращивания общества потребления, и с развитием в основном технического

прогресса - с минимальным участием человека в самосовершенствовании своих качеств -

становится все тяжелее. Президент фонда «Политика» Вячеслав Никонов охарактеризовал

уровень политической элиты как «чудовищный» [3]. Целенаправленному обучению элиты

государственного управления в современных условиях следует уделять особое внимание.

Ведущим фактором развития государственного управления на данном этапе являются

знания (в виде теории управления, концепций развития) и информация, объединенная

благодаря компьютерным технологиям и Интернету. Возможность быстрого и практически

бесплатного распространения информации дает уникальный шанс охватить всех управленцев

и объединить их усилия с усилиями гражданского общества по донесению до людей их

духовной миссии и ответственности за будущее человечества и его колыбели – Земли.

Особенно это касается молодежи, которая активно пользуется Интернетом в качестве

источника информации и системы объединения по интересам. Необходимость задействовать

новые факторы экономического роста, прежде всего связанные с развитием человеческого

потенциала, подчеркнута в Концепции долгосрочного социально-экономического развития

страны до 2020 г., и надо надеяться, что экологически гармоничное духовное развитие

государственных управленцев будет распространяться и поможет каждому участвовать в

возрождении мощи России и спасению человечества и всей Земли.

Литература

1. В.М.Шарапов, Е.В.Шарапова. Универсальные технологии управления. – М.:

Техносфера, 2006. – 496с.

2. Прогнозирование будущего: новая парадигма /Под ред. Г.Г.Фетисова,

В.М.Бондаренко. – М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2008. – 283 с.

3. http://www.rg.ru/2008/04/11/strategiya.html.

Аспирант, ассистент кафедры социологии и политологии

Ульяновский государственный университет

Факультет гуманитарных наук и социальных технологий, Ульяновск, Россия

E–mail: yambartseva@yandex.ru, oxana_p1984@mail.ru,

Развитие культурного сотрудничества между государствами-участниками Содружества

Независимых Государств является одним из ключевых направлений деятельности в

гуманитарной сфере, важнейшим компонентом взаимоотношений России со странами СНГ,

мощным инструментом влияния на постсоветском пространстве. И это естественно, так как с

удовлетворением культурных потребностей каждого человека в отдельности и общества в

целом закладывается тот прочный фундамент, который в дальнейшем содействует духовному

сближению народов и развитию общих интеграционных процессов заинтересованных стран.

За время существования СНГ заметен не только распад прежних тесных связей, в том

числе и в области культуры, но и определенная тенденция к созданию новой системы

культурного взаимодействия, восстановлению и дальнейшему развитию исторически

сложившегося единого пространства гуманитарных ценностей наших стран и народов. Совет

по культурному сотрудничеству государств – участников СНГ создан в соответствии с

Соглашением о создании Совета по культурному сотрудничеству государств – участников

СНГ от 26 мая 1995 года, подписанным главами правительств всех 12 государств с целью

содействия развитию культурного сотрудничества между государствами.

В целях привлечения к участию в диалоге культур широкого круга деятелей

литературы и искусства учреждены премии Союзного государства за произведения

литературы и искусства, вносящие большой вклад в укрепление отношений братства, дружбы

и всестороннего сотрудничества между государствами-участниками Союза. Опубликовано

Положение о премиях, при Постоянном Комитете Союзного государства создан экспертный

совет. Учреждение премий - свидетельствует признания роли литературы и искусства в

духовном единении наших народов.

Взаимодействие культур – необходимое условие для объединения народов

независимых государств, возникновения понимания между ними. Большое значение здесь

имеет поддержка национальных литератур. Общность проблематики литературных

произведений способна помочь в поиске объединяющих основ, национальные же элементы

дают возможность познакомиться с чужой культурой и глубже понять ее.

Первый заместитель министра информации Белоруссии Лилия Ананич на круглом

столе в Минске «Художественный перевод как путь друг к другу» сказала: «Кто, как не

литераторы, может связать ниточку между народами, сплотить их в этот бурный

стремительный XXI век».

В нашей стране всегда существовала проблема издания произведений на языках

народов, населяющих ее и бывшие союзные республики, а также переводов с этих языков. В

советское время национальный спектр литературно-художественного репертуара был

чрезвычайно широк. В первую очередь, это было связано с тем, что государство активно

содействовало развитию национальных литературных школ, щедро финансировало издание

произведений фольклора, классической и современной литературы всех наций и народностей,

населявших Россию и другие союзные республики. Этим планомерно и последовательно

занимались государственные издательства разных уровней – местные, республиканские и

центральные (особенно издательство «Советский писатель»).

Следует отметить, что произведения национальных авторов издавались как на языке

оригинала (то есть на 92 языках народов СССР, в том числе на языках многих народов,

которые получили собственную письменность только в 20-е-30-е годы XX века), так и в

переводах на русский язык.

Согласно официальной статистике Российской книжной палаты общее количество

переводов на русский и с русского языка в 2008 году по сравнению с предшествующим

увеличилось весьма ощутимо (14197 книг и брошюр против 12007). Но, к сожалению, это

увеличение затронуло в основном языки, традиционно лидирующие в сфере переводов на

русский. Количество переводов с английского составило 9617 против 8080 в 2007 году. Для

французского и немецкого языка эти цифры составили соответственно 1221 против 882 и 927

против 836. В общем в 2008 году книги и брошюры издавались на 93 языках народов мира.

Среди выпущенных в 2008 году книг и брошюр переведены с языков народов стран-

участниц СНГ на русский язык, можно выделить переводы: с украинского языка (20

названий), армянского (7 названий), азербайджанского, грузинского, казахского и киргизского

(по 5 названий), таджикского (3 названия), узбекского (2 названия), румынского и

туркменского (по 1 названию). По тиражу лидируют переводные издания с украинского языка

(112,6 тыс. экз.), далее идут переводные издания с киргизского (28,1 тыс. экз.). Наименьший

тираж у переводных изданий с туркменского и узбекского языков (по 3 тыс. экз.). Следует

отметить, что их количество ничтожно мало по сравнению с тиражом переводных изданий с

английского языка (61960,5 тыс. экз.).

Как уже было отмечено, значение искусства в процессе межкультурной коммуникации

очень велико. Но в отличие от, например, живописи, литература нуждается в переводе,

переложении на язык читателя, которое он сам сделать не в состоянии. Максимально

приближенный к тексту оригинала перевод дает возможность познакомится с произведением

почти в том виде, в каком его создал автор. Однако это еще не гарантирует понимание текста.

Контекст, в котором было создано то или иное произведение, система символов и т.д. могут

радикально отличаться от социокультурных условий и художественных традиций, в которых

существует читатель. Нужно понимать также, что языковой материал подлинника и перевод

не эквиваленты, и между ними не может быть семантического тождества в выражении. Часто

бывает, что родной язык переводчика не позволяет выразиться так широко и многозначно, как

язык подлинника; переводчику при этом приходится выбрать одну из более узких

семантических единиц, передающих лишь часть смысла, а для этого требуется знать

действительность, стоящую за текстом. При этом, чем значительнее роль языка в

художественной структуре текста, тем труднее передать смыслы, используя чужой язык.

В рамках культурного содружества России со странами СНГ Правительству

Российской Федерации, Министерству Культуры, Министерству финансов, Российскому

центру международного научного и культурного сотрудничества при Правительстве

Российской Федерации (Росзарубежцентру) необходимо принять принципиальное решение и

разработать концепцию самостоятельной программы по созданию национального

издательства переводов литератур народов стран-участниц СНГ на русский язык,

предусмотрев для этой цели специальное финансирование. Так же в каждой стране СНГ

должны создаваться подобные национальные издательства переводов на государственные

языки этих стран. Этим издательствам принадлежит важная объединительная роль. Именно

переводная литература играет огромную роль в духовном единении народов стран СНГ. Через

взаимообогащение культур лежит путь к взаимопониманию народов.

1. Михайлюк И. Ф. Кто и как в Ро сии занимается развитием культурного

сотрудничества со странами СНГ и Балтии // Евразийский Вестник. №19.

2. http://www.bookchamber.ru (Российская книжная палата).

Кыпшакбаев Рустам Сардарбекович

Студент

Евразийский национальный университет им. Л.Н Гумилева, юридический факультет,

Астана, Казахстан

E–mail:kztrue@mail.ru

По оценкам ООН, в мире насчитывается свыше пяти тысяч языков. Из всего их

множества можно выделить некую элиту – языки, имеющие особый статус, чаще всего

закрепленный законодательно. В отношении этих языков принят термин официальный, или

государственный, язык.

Официальный язык – это язык, допущенный в данном государстве к сфере управления,

законодательству, делопроизводству, язык, на котором государство общается со своими

гражданами.

Естественно, из статуса такого языка вытекает необходимость письменного

закрепления его норм, чтобы обособить его от разговорной формы, ведь еще Щерба писал:

«Литературный язык всех времен и народов никогда не совпадал с обыденным разговорным

языком», и на примере отношений «язык - литературная норма» в узбекском и немецком это

особо показательно. Таким образом, наиважнейшим признаком всякого официального языка

является наличие у него особой, официально употребляемой, нормы. Иначе, что мешает кому-

то, говорящему на суржике, утверждать, что он говорит на пушкинском русском? Может

возникнуть ситуация, когда чиновник, отвечая на запрос гражданина, употребит диалектизм

из родной местности, непонятный обратившемуся: формально же он выполнит требование

закона.

В мировой лингвистике распространена практика юридического закрепления

официальной литературной нормы языка. Часто такая она даже получает особое название,

отличающее его от языка-основы. Так, в Норвегии литературные варианты языка называются

букмол и нюнорск, существуют официально употребляемые нормы датского – ригсданск,

шведского – рикссвенска. Часто употребляются термины «нормальный», «всеобщий»,

«национальный». Правом определять лексический состав языка, грамматику, правила

пунктуации, синтаксис наделяются создаваемые для этого или уже существующие органы -

языковые советы: Датский языковой комитет, Нидерландский языковой союз, Норвежский

языковой совет и др.

Определенная организация может регулировать нормы языка, и не будучи признанной

в этом праве законом, но в то же время это право де факто признается носителями и

государством. Такова ситуация в России.

В Казахстане сегодня идет процесс реформирования казахского языка, вырабатывается

терминология, русизмы и заимствования, воспринимаемые как русизмы, в популистских

целях заменяются словами, образованными из казахских корней либо арабизмами. В основном

реформирование касается лексики; в пунктуации, фонетике, синтаксисе казахское

языкознание продвинулось недалеко, по большей части испытывая влияние еще советского

языковедения. Фактически, сегодня налицо вырисовывается процесс обновления казахского

литературного языка, и на этом фоне остро встает проблема, отмечаемая многими

казаховедами уже сегодня: из-за того, что нет общепризнанного органа, устанавливающего

литературные нормы государственного языка, издаваемые словари нередко вступают в

противоречие друг с другом, особенно в терминологии и переводах неологизмов. Это

приводит к парадоксальной ситуации, когда язык засоряется излишними синонимами,

словами с неопределенными или спорными значениями. Более того, до сих пор нет единой

академической грамматики современного казахского языка, а на местах массово создаются

неологизмы, что приводит к путанице. Примером может служить слово «Конституция»,

переведенное как «Дедушка-закон» - в итоге оба слова стали синонимами, а ученые

расходятся во мнениях, какой из терминов точнее.

Логичным выходом из создавшейся ситуации я вижу в создании Казахского языкового

совета, статус которого должен быть закреплен законодательно. Этот совет должен будет

заняться составлением полного словаря, академической грамматики казахского языка,

вырабатывать терминологию, осуществлять языковую политику государства. Важными

задачами также будут: сотрудничество с казахскими диаспорами во всем мире, в рамках

которого казахи за рубежом получат возможность изучать казахский литературный язык, что

должно исключить перспективу распада языка, а также сотрудничество с иностранными

институтами изучения языков в области тюркологии и общего языкознания.

На примере казахского языка я показал проблемы в формировании литературных

языков Содружества. В условиях интеграции и с учетом общего прошлого, на мой взгляд,

особенно важно сохранить языковое единство на всем постсоветском пространстве. Для этого

необходимо создать Ассоциацию языковых союзов Содружества, в который бы вошли

языковые советы стран СНГ. Особой задачей этого органа, помимо сохранения языкового

разнообразия, необходимо сделать сохранение единства норм русского литературного языка

на всей территории его распространения.

1.

Щерба Л.В. (1974) Языковая система и речевая деятельность. Л.: Наука;

2.

Виноградов В.В. (1978) Избранные труды. История русского

литературного языка. М.: Наука;

3.

Гумбольдт К.В. (1985) Характер языка и характер народа. М.: Прогресс;

4.

Дополнительное постановление Конституционного Совета РК от 23.02

07;

5.

Ибрагимова Галия Ринатовна

Аспирант

Университета мировой экономики и дипломатии

Ташкент, Узбекистан

Удивительная особенность языка – воспроизводить мысли, чувства, настроения его

носителей, чутко улавливать нравы и характеры, умонастроения и мировосприятия той или

иной нации, этноса, группы лиц, проживающих на одной территории, использующих единые

коммуникативные единицы общения, отражать своеобразие культурно-исторического

наследия, характеризовать тип политического мышления и все это вбирать в себя, становясь,

таким

образом,

универсальным

общечеловеческим

достоянием

в

системе

межцивилизационных ценностей. Исследуя лингвистические особенности языка, можно

воспроизвести национальные традиции и обычаи народа, его взгляды на окружающее

мироустройства, выявить уровень общественного развития, определить отношения к

захлестнувшим мировое пространство процессам глобализации, выявить вклад нации в их

дальнейшее совершенствование или наоборот – попытки противостоять им. Язык – это

зеркало, отражающее единство и сплоченность нации, ее приверженность ментальным и

этническим особенностям исторического развития, единую связь между людьми,

проживающими на единой территории. Так, даже в обращении людей друг к другу, в тех

языковых единицах, которые для этого используются, можно проследить приверженность

нации к идеям межцивилизационного сплочения, духу общенационального единства.

Тюркским языкам, например, свойственно использование для этого таких слов, в которых уже

прослеживается дружелюбное и открытое отношение наций к представителям других

национальных конфессий и этнических групп. В узбекском языке слова «ака» - «брат

(старший)», «ука» - «брат (младший)», «опа» - «сестра (старшая)», «сингли» - «сестра

(младшая)», «хола» - «тетя (уваж.)», используются не только для обращения к родственникам,

но ко всем окружающим, независимо от степени родства, близости и знакомства. Таким

образом, язык характеризует открытость, уважение, чувство единения, дружелюбие,

искренность узбекской нации не только в отношении друг к другу, но и к представителям всех

других наций, религий, конфессий, проживающих на общей территории и составляющих

единую нацию – узбекистанцы. При этом - эта исторически сложившаяся традиция называть

всех людей братьями и сестрами, «перекочевала» и в другие языки. Сегодня даже русский

язык на территории СНГ впитывает в себя особенности местного культурного колорита. Здесь

для носителей русского языка – вполне привычное явление, если вместо привычных

несколько «черствых» слов-обращений «женщина», «мужчина», «молодой человек»,

«девушка» используются (на русском языке!) – «брат» и «сестра». Это, в свою очередь, еще

раз подчеркивает открытость, толерантность, уважение коренной нации к представителям

других национальностей, проживающих на единой территории. Вспыхнувший всплеск

интереса к «национализму» как фактору возрождения культурных и исторических традиций

той или группы людей, объединенных единой территорией, языком, системой

государственной безопасности или как фактору глобальных рисков, определение понятия

«нация» предстанет весьма широким явлением. При этом в большинстве научных

исследований, посвященных трансформационным процессам, происходящим на территории

СНГ, и в центрально-азиатском регионе в том числе, ведущая роль отводиться изучению

проблем национальной идентификации народов, формированию нового национального

мышления. Национальная идентификация в данном случае предстает как стремление той или

иной нации предстать самодостаточным, полноправным, независимым звеном в системе

межнациональных связей и межгосударственных отношений. Идентификация происходит

здесь на основе объединения культурной и политической сфер развития нации, обладающей

собственной территорией, экономикой, языком. Национальная идентификация во многом

определяет приоритеты развития нации, внутреннее обустройство страны, ориентированность

на межгосударственный, межрегиональный диалог с представителями других, национальных

общностей. Однако принцип национальной идентификации часто становится идеологической

подоплекой идеи государственного строительства. Попытки искусственного нагнетания идеи

национальной идентификации могут вылиться в такие негативные явления современности как

региональный сепаратизм, межнациональная рознь. Распад биполярной системы,

модернизация общественной жизни, трансформация мировых политических систем,

открытость и доступность информации, влияют на проявление национализма в новом

качестве. С одной стороны, по мнению исследователей национализма школы модернити, У.

Коннора, Д. Конверсии, под воздействием унификации всех сфер общественной жизни

происходит универсализация наций, что может привести в ближайшем будущем к

формированию единого глобального общества, где национализму просто не останется места.

Однако эти идеи были популярны лишь до 60-70 годов ХХ века, когда под воздействием

нахлынувшего потока массовой информации, роста и многообразия возникающих средств

коммуникации, устранение посредством них препонов для межнационального общения,

активизации социальной мобильности общества, казалось, что сначала произойдет эрозия с

понятиями «этнос» и «этнокультура», впоследствии это приведет к интеграции всех наций в

единое целое. Но именно в этот период наблюдается обострение межнациональных,

межэтнических, межконфессиальных столкновений, которые часто выливались в

вооруженные конфликты. Анализируя конфликтогенные ситуации, возникающие на

национальной почве, их причины и следствия, ученые пришли к выводу о том, что именно

информационная насыщенность общества, стала одной из основных причин обострения

противоречий на национальной почве

1

. В научных кругах данное явление было определено

как синдром «мы – они», где «мы» – представители одной нации, носители единой культуры,

«они» – все остальные, а значит «чужие»

2

. Произошел антиуниверсализм не только наций, но

формирующегося тогда нового политического мышления.

Национальная идентификация народов, населяющих территорию Центральной Азии,

попытки выделить в пределах каждого государства особенную, свойственную только данному

государству идентичность не всегда учитывают геополитические особенности региона и

вследствие этого носят весьма абстрактный характер. Искусственное разделение в советский

период Туркестана на пять республик не учитывало национально-территориальных

особенностей расселения жителей данного пространства. Поэтому сегодня говорить о том, что

суверенные Центрально-Азиатские государства населяют представители, исключительно той

или иной коренной нации было бы не совсем верно. История, культура, традиции, обычаи –

это все то, что на протяжении многовековой истории объединяло и объединяет жителей

данного региона, поэтому в условиях усиливающегося геополитического воздействия на

процессы региональной интеграции и укрепления национальной идентификации эти ценности

придали бы новый импульс для интеграции Центральной Азии

3

.

1.

Авдеев Ю. Основные тенденции современного терроризма //

Современный терроризм: состояние и перспективы / Под ред. Е. Степанова. М.:

Эдиториал УРСС 2000.С.160-161.

2.

Connor W. Ethnonationalism: The Quest of Understanding. Princeton:

Princeton University Press, 1994. P.35.

3.

Толипов Ф. Большая стратегия Узбекистана в условиях геополитической и

идеологической трансформации Центральной Азии. Т.: Фан 2005. С.86.